«Сейчас больше всего энергии у меня уходит на сборку Lego, прыжки по дивану и игры со слонами», — с улыбкой признаётся Карлис.
Он убеждён: даже если ты актёр, театр не должен поглощать всю жизнь. Часть своей энергии необходимо вкладывать и в мир за пределами профессии.
Для многих рубеж года становится точкой отсчёта — временем оглянуться назад и подумать о том, что сделано и что ещё хотелось бы успеть. В театральной среде такой точкой давно стала «Ночь лицедеев»: после неё итоги подводятся, а новая театральная реальность начинается с чистого листа. Хотя на самом деле сейчас сезон уже в самом разгаре — время наивысшего напряжения, когда новые постановки сменяются уже сыгранными спектаклями, рождаются свежие идеи, которые ещё только ищут свою форму, а между всем этим — праздничные концерты.
«Но сейчас больше всего энергии у меня уходит на сборку Lego, прыжки по дивану и игры со слонами», — с радостью повторяет актёр.
Если театр — вся жизнь, это печально
Рождественское время Карлис посвятил семье — последние месяцы года он провёл скорее в театре, чем дома.
«Если роль большая, я будто отключаюсь от реальности и оказываюсь в каком-то другом мире. Недавно вышел спектакль «Овод», и перед премьерой я почти не бывал дома. Сын спрашивал: где папа?» — признаётся он.
Распорядок дня актёра трудно предугадать, но чаще всего рабочий день в театре выглядит так: первый репетиционный блок начинается в 10:00 и длится до 14:00, затем — подготовка к вечернему спектаклю, если он запланирован.
«Если спектакля нет, то в 17:00 начинается вечерняя репетиция. И даже если формально есть пауза днём, на самом деле это не отдых — нужно переключиться, подготовиться, повторить текст», — говорит Карлис.
Несмотря на нагрузку, он ни разу не просыпался с мыслью, что сегодня не хочется идти на работу.
«Наверное, с детства во мне заложено доводить всё до конца. Я много учился ещё в школе, и у меня сильная любовь к делу, которым я занимаюсь и которое должен доводить до результата», — говорит он.
При этом с утверждением, что театр — это вся жизнь, он не согласен.
«Это печально. Потому что тогда театра, по сути, не получается.
Если театр — вся жизнь, ты перестаёшь быть подключённым к настоящей жизни, о которой вообще можно говорить со сцены.
Так быть не должно»,
— убеждён Карлис Рейерс.
Он уверен: в жизни необходимо искать баланс между работой, семьёй и временем для себя. До абсолютной гармонии, возможно, ещё далеко, но главное — регулярно задаваться этими вопросами и не растворяться в работе.
Городской парень с Курземе в сердце
Карлис Рейерс вырос в месте, где, по его мнению, самый красивый латышский народный костюм.
«Я из Барты!» — говорит он с гордостью.
Первые 15 лет жизни он провёл в Барте, но значительная часть детства связана и с Руцавой, где жила его бабушка.
«У неё была хуторская усадьба, и именно там у меня появилась любовь к природе. Сейчас это дом нашей семьи.
И когда я говорю, что еду домой, на самом деле я еду именно в Руцаву»,
— рассказывает актёр.
В школьные годы он был уверен, что в городе живут только «крутые парни». Будучи хорошим баскетболистом, он часто ездил играть в Гробиню и даже в Лиепаю.
«Я был немного застенчивым, чувствовал себя неуверенно из-за того, что не знал каких-то вещей, городской лексики. Поэтому я всегда ждал, когда папа приедет за мной и отвезёт обратно домой», — смеётся Карлис.
В своей школе он чувствовал себя уверенно — был активным, открытым, дружелюбным. Но как такому мальчику вообще могла прийти в голову мысль стать актёром, да ещё и в столице?
Оказывается, мама Карлиса руководила школьным театральным кружком, в котором он некоторое время занимался.
«Я участвовал и в конкурсах художественного чтения, и мама помогала мне понять, как говорить и вообще как мыслить над текстом. Родители часто водили меня на культурные мероприятия — в том числе в Лиепайский театр. Помню, там я видел и гастроли Латвийского Национального театра. Так что я жил в этой среде с самого детства», — рассказывает он.
Несмотря на близость к культуре, по окончании основной школы Карлис скорее мечтал стать как Андрис Биедриньш.
«Я хотел играть в баскетбол. Но уже в старших классах понял, что хочу быть актёром», — говорит он.
И спустя годы Карлис Рейерс стал тем, кого в детстве сам бы назвал «крутым городским парнем».
Выбран правильный путь
Осознание того, что жизнь стоит связать с театром, формировалось у Карлиса постепенно, но оказалось окончательным.
«После школы у меня даже не было мыслей — поступлю я в Академию культуры или нет», — вспоминает он.
С высоты сегодняшнего дня он признаёт: в начале профессионального пути сомнения всё же были, но они касались скорее личностного роста и взросления.
«Чем больше я работаю в театре, тем яснее для меня становится, зачем я это делаю и кому это вообще нужно. Если пару лет назад я ещё искал себя и анализировал, что и почему я делаю в жизни, то сейчас могу уверенно сказать — это моё», — говорит Карлис.
Он признаётся, что уже давно ни разу не задумывался о том, чтобы усомниться в своём выборе.
«У меня прекрасная жена — самая красивая женщина в мире, с которой я познакомился в Академии культуры. У меня самый красивый и умный сын на свете. Как я могу о чём-то сожалеть?»
— размышляет актёр.
