Музыкальные фильмы Джона М. Чу, которые посмотрели зрители по всему миру, не только близки традициям голливудского золотого века мюзикла, но и по-новому актуализируют музыку и культуру как инструмент для разговора на темы, гораздо более серьёзные и масштабные, чем простое развлечение.
От истории к современности
Яркие краски, масштабная хореография, диалоги, переходящие в песни и танцы — классические голливудские мюзиклы золотого периода, в 1930–1960-е годы сформировали жанр в том виде, в каком мы знаем его сегодня.
Мелодию песни Singin’ in the Rain, исполненную выдающимся актёром, режиссёром, танцовщиком и хореографом Джином Келли, мы помним и более чем через 70 лет после выхода фильма «Поющие под дождём» (1952).
А картина Роберта Уайза «Звуки музыки» (1965) стала прямым высказыванием против тоталитарных идеологий: сцена, в которой капитан фон Трапп в исполнении Кристофера Пламмера срывает нацистский флаг Третьего рейха со своей виллы и разрывает его, — одна из самых знаковых сцен сопротивления в истории кино.
Не менее значимой стала и драма Виктора Флеминга «Волшебник страны Оз» (1939), подарившая знаменитую фразу «Нет места лучше дома» (There’s no place like home) — это размышление о поисках идентичности, близкое и нашему культурному коду.
«Волшебник страны Оз» вдохновил на создание множества литературных произведений и мюзиклов, в том числе, под этим влиянием появился роман «Злая» (Wicked), написанный в 1995 году и позднее поставленный на сцене. Именно он лёг в основу фильмов Джона М. Чу «Злая» и «Злая: Часть вторая» (, 2025).
Фильм получил пять номинаций на премию «Золотой глобус»: Синтия Эриво и Ариана Гранде были номинированы соответственно за главную и второстепенную роли в категории комедии и мюзикла; две номинации получили песни фильма, а сама картина — номинацию за лучшие кассовые достижения.
Хотя обе части снимались одновременно, они получились разными по характеру. Если фильм 2024 года был динамичным и действительно создавал ощущение возвращения к золотой эпохе голливудского мюзикла, то вторая часть выглядит более тяжеловесной и не достигает той же ясности и изящества повествования.
Язык сплочённости
Тем не менее обе части «Злой» интересно рассматривать с другого ракурса: в кажущейся лёгкости они говорят о крайне серьёзных темах — возникновении тоталитарных режимов, их способности затуманивать общественное сознание ложью и искажёнными фактами, а также о том, что покорное существование в таком мире, даже если оно сопровождается лестными иллюзиями, невозможно.
Учитывая, что в сопротивлении балтийских народов советской власти огромную роль сыграли культура и музыка, сегодня мюзикл становится хорошим поводом задуматься о том, какую силу имеет культура и какова её роль в сплочении общества.
В общественной жизни Латвии музыка — например, во время Праздника песни 1985 года, когда была исполнена не включённая в программу песня «Замок света», или в других событиях с неофициальными гимнами и произведениями, не подчинявшимися цензуре, — стала формой коллективного сопротивления советской власти.
В ноябре, побывав в Лондоне на премьере фильма «Злая: Часть вторая» и позже беседуя с режиссёром обеих картин Джоном М. Чу, я воспользовалась возможностью спросить его о влиянии музыки и популярной культуры на социально-политические процессы.
Кристине Симсоне:
Там, откуда я родом, существовало историческое движение, которое называли Поющей революцией. Учитывая, что обе части «Злой» затрагивают социально резонансные темы и что музыка играет в них важную роль, как вы считаете — что именно в музыке и особенно в популярной культуре делает их таким эффективным инструментом социального воздействия?
Джон М. Чу:
Я думаю, что ключом к объединению любой культуры или сообщества является коммуникация. Мы часто застреваем в представлении, что общение происходит только через слова. Но наша сущность гораздо шире слов.
Мелодия, — то, как соединяются ноты, трогает нас глубже. Именно поэтому после расставания, занимаясь спортом, мы слушаем определённую песню и заново проживаем отношения. Именно поэтому, когда мы едем с друзьями вдоль моря, открываем окна машины и включаем старую песню — она переносит нас в другое время и другое место.
Музыка объединяет людей из самых разных сфер жизни. Это может быть кантри, написанное в Индиане или где угодно, и эта песня всё равно способна тронуть человека в Латвии. И дело не только в мелодии — это ещё и сила движения: как мы наклоняемся, прикасаемся, смотрим друг на друга.
Тот же потенциал есть и у кино. Мы приглашаем зрителя отложить телефон в сторону и на два часа прожить чужую жизнь — то, чего мы никогда не делаем в повседневности. Даже с самыми близкими людьми мы не проводим два часа молча, просто слушая, а с фильмами — проводим.
Поэтому я считаю, что именно кино-мюзикл обладает колоссальной силой. Если вспомнить такие фильмы, как «Кабаре», «Поющие под дождём» или «Звуки музыки», — они говорят о куда более серьёзных вещах, чем та «ложка сахара», которой кажутся на первый взгляд. Это чрезвычайно сильное выразительное средство, и мюзиклы ни в коем случае нельзя недооценивать.
Когда всё сделано правильно, музыка становится способом говорить глубже, а не просто громче или шире.
Мне кажется, что девушки — Ариана Гранде и Синтия Эриво — это прекрасно понимают. У них есть дар пения от Бога, но это не главное. Главное — то, что они соединяют этот талант с искренностью. Для меня это почти сверхъестественно. Мы не знали, что они смогут сделать это на таком уровне — сразу в двух фильмах. Я действительно ими восхищаюсь и чувствую огромную благодарность за возможность зафиксировать это и поделиться со всем миром.
