Создание народных консерваторий в разных городах Латвии в 1920-е годы было непростой задачей, поскольку квалифицированных преподавателей с хорошим образованием попросту не хватало. Поэтому музыкантов с соответствующей профессиональной подготовкой приходилось настойчиво уговаривать, а порой чуть ли не силой заставлять уезжать из Риги. Язеп Витолс уговорил органиста Николая Ванадзиньша отправиться в Даугавпилс, а композитора Адольфа Абеле — в Лиепаю.
Торжественное открытие Лиепайской народной консерватории состоялось 26 ноября 1922 года в концертном зале Kūrmājas. Почтить мероприятие своим присутствием прибыли профессор Язеп Витолс и министр образования Александр Даугe. На концерте прозвучали Концерт для фортепиано с оркестром Эдварда Грига, «Меланхолическая серенада» Петра Чайковского и два произведения Язепа Витолса — кантата «Песня» и симфоническая картина «Лиго». Дирижировали Адольф Абеле и дирижер Лиепайского оперного оркестра Арвид Парупс. Солистами концерта выступили профессор, пианист Владимир Ружицкис и певица Хелена Цинка.
В первый учебный год в специальном классе фортепиано, где обучались 43 ученика, преподавали Владимир Ружицкис, Саломея Граудане, Адольф Абеле и Ганс Хохапфель. Еще многочисленнее, разумеется, был класс вокала — в нем учились 56 человек. В классе скрипки числились 33 ученика, а в классах виолончели, трубы, валторны и гобоя — по одному ученику. Все учащиеся посещали занятия по элементарной теории музыки и сольфеджио у Адольфа Абеле.
О том, насколько сложным был начальный период существования Лиепайской народной консерватории, свидетельствует анализ работы учебного заведения, опубликованный в ежемесячном журнале Министерства образования:
«Попытка основать консерваторию была предпринята еще в 1922 году, однако разногласия между организациями и участниками, нехватка помещений и средств вынудили уже через год, в 1923 году, прекратить ее деятельность. Осенью 1924 года дела Народной консерватории перешли в ведение Лиепайского латышского общества, и уже после первого года работы стали заметны улучшения. Консерватория наконец обзавелась собственными помещениями — пусть и небольшими, но оборудованными должным образом, — а также приобрела еще одно фортепиано. Остальные инструменты приходилось арендовать. В этом году число учащихся составляло около 71 человека».
Директором Лиепайской народной консерватории был органист, дирижер, композитор и педагог, профессор Адольф Абеле. Музыкальные критики высоко оценивали его сочинения, в которых он проявил себя как самобытный композитор, идущий собственным путем.
Музыкальный почерк композитора считается отличительным и своеобразным в контексте латышской музыки того времени. Он был представителем неоромантизма, выдающимся импровизатором и утонченным гармонизатором, в симфонических миниатюрах которого «романтизм ощущает прикосновение импрессионизма».
Всемирно известный композитор, уроженец Лиепаи Таливалдис Кениньш так отзывался о своем первом преподавателе композиции в консерватории: «Адольф Абеле был тогда едва ли не единственным человеком в Латвии, который интересовался современной музыкой».
Как уже упоминалось, в первые годы существования Лиепайской народной консерватории ей пришлось столкнуться с материальными трудностями. Из-за нерационального использования государственного финансирования преподаватели не получали летнюю зарплату. На это указывал преподаватель вокала Альберт Вернер, который также критиковал директора Адольфа Абели за неумение управлять хозяйственной деятельностью учебного заведения. Вторым директором Лиепайской народной консерватории стал органист Янис Турcс.
В 1924 году газета Kurzemes Vārds сообщала о концерте, посвященном возобновлению деятельности Народной консерватории: «В помещении Латышского общества 16 октября, после чего состоится дружеское собрание».
На концерте прозвучали произведения латышских, немецких и других зарубежных композиторов. В мероприятии участвовал весь преподавательский состав консерватории. По случаю праздника поздравительную телеграмму прислал и профессор Язеп Витолс, пожелав радости, смелости и неустанного труда!
