В гостях у Эдуарда Павулса. Недалеко от Риги открыт музей великого артиста

Это местечко Vietvalži в волости Сала Бабитского уезда. Его можно видеть со стороны юрмальского Дубулты — вдали другой берег за большим островом. И здесь сейчас находится одноименный музей Vietvalži — как раз там, где в начале восьмидесятых годов снимались сцены из легендарного сериала Рижской киностудии «Долгая дорога в дюнах». Именно здесь по сценарию находилось поместье обеспеченного героя Павулса, в прошлом знатного рыболова Озолса, где он жил с дочкой Мартой. Кстати, а сам Павулс жил в последние годы неподалеку, в районе Валтери, который начинается за дорогой, уходящей от Яундубулты вдоль реки Лиелупе. Сейчас Vietvalži — это филиал Бабитского культурно-образовательного центра.

С 2017 года здесь открыта мемориальная выставка, посвященная Павулсу, предлагающая всесторонний обзор его биографии и творческой карьеры. Выставка основана на исследовании жизни актера и использует как традиционные форматы экспозиции, так и аудиовизуальные записи. Она размещена в бывшем общественном центре деревни Сала — месте, куда Эдуард Карлович приходил на здешние мероприятия. Снимался он уже редко, был земессаргом — бойцом Земессардзе, латвийского добровольного ополчения, — и часто ходил в военной форме.

Одним из самых ярких элементов выставки является аудиозапись, на которой Эдуард Павулс читает фрагмент из цикла поэм Александра Чака о латышских стрелках Mūžības skartie.

В большом зале приходского дома некогда проводились танцы, которые Эдуард Павулс также регулярно посещал. Директор этого музея Даце Улпе рассказывает, что в молодости артисту очень нравилось танцевать и именно в этих краях он танцевал с женой Лилией, у которой корни как раз в этом месте. Оба прошли обряд конфирмации в местной церкви Сала. Выставка создана при поддержке Яниса Силиньша, директора рижского музея театра, и жительницы прихода Сала Илзе Метры, дочери Эдуарда Павулса. Организаторам выставки были предоставлены семейные реликвии, документы и фотографии. А сын артиста, Угис, передал ящик для зимней рыбалки, сделанный по образцу того, что принадлежал тестю Павулса. Да и сам Эдуард весьма уважал подледную рыбалку.

Кроме того, потомки семьи Павулс также составили генеалогическое древо, которое для выставки художественно оформили скульпторы Роберт Динерс и Андрис Лосс.

В начале июля исполнилось бы 97 лет со дня рождения выдающегося артиста. И двадцать лет со дня его смерти. «Время летит стремительно: кажется, будто только вчера мы открыли мемориальную выставку Эдуарда Павулса в Vietvalži, совсем недавно отмечали его девяностолетие, а затем и девяностопятилетие, — говорит госпожа Улпе. — И вот уже прошло 97 лет с того июльского дня, когда родился один из величайших латвийских актеров, и всего несколько лет отделяют нас от столетнего юбилея.

Цветут липы, солнечные теплые дни сменяются грозами, в садах поспевает клубника, а воздух наполнен летом, жизнью и любовью. За те девять лет, что выставка в Vietvalži открыта для посетителей, это присутствие ощущается каждый день: искренняя любовь верной публики, неугасающая с годами жизненная сила души актера и летнее тепло, сохранившееся во взгляде и улыбке на его фотографиях. И, прежде всего, подлинность Эдуарда Павулса: залог того, что зрители продолжают верить в него и любить его даже там, за тем горизонтом, куда он ушел так давно».

Здесь рады всем: любителям музеев и истории, ценителям музыки и сценического искусства, местным жителям и гостям города. Здесь же сейчас открыта новая экспозиция «Циклы времени в историях предметов».

А что до «Долгой дороги в дюнах», то фильм снят по одноименному роману Олега Руднева. По легендам, именно жизненная история семьи жителей этого места побудила Руднева, занимавшего в советские годы пост первого секретаря городского комитета Юрмалы, написать роман о Екабе Озолсе и его прекрасной дочери Марте. Это было ровно полвека назад, в 1976 году. Спустя пять лет роман лег в основу фильма. Сам Павулс рассматривал роль Озолса как продолжение роли Оскара в «Сыне рыбака».

Директор музея вспоминает, как во время съемок фильма режиссер Алоиз Бренч отвез Эдуарда в медицинское учреждение, где делали протезы (по роли Озолс был инвалидом). Павулс тщательно ознакомился как с внешним видом протеза ноги, так и с тем, как он крепится. Артист входил в образ мужчины, который был инвалидом, но у которого еще достаточно жизненной силы.

Пользуясь случаем, для истории оставим несколько слов из интервью, которое артист дал автору этих строк в 1997 году, будучи в своем поместье в Валтери. Тогда он снялся в телевизионном четырехсерийном кино, что по тем временам было необычным событием!

«Как фильм называется? Как же по-русски называется? А, «Разоренное гнездо», вот как называется, — говорит Павулс. — Фильм начали снимать год назад. Сейчас съемки завершены, идет монтажный процесс. Все участники съемок с нетерпением ждут, чем дело завершится. Я много снимался, потому могу утверждать, что монтаж — самый важный этап в создании картины. Какую роль играю? Павулс играет Пацерса! Ну, я там играю такого старого отца, которого Пацерсом зовут. Сюжет! Коротко: идет Первая мировая война. Сын латышского крестьянина Пацерса уходит на фронт. Пропадает. А его супруга ждет мужа на родине. Она плачет, страдает. И вот проходит лет десять, как вдруг у нее появляется мальчик. От кого, спрашивается? Правда, смешно?

Но это не комедия! Никак нет. Хотя, понимаете ли, вот только-только мальчик родился, как вдруг возвращается с войны пропавший муж. Он, оказывается, был во французском плену. Это же трагедия! Финал фильма печален: мой герой вешается. Такое, можно сказать, у меня амплуа. В «Долгой дороге в дюнах» мой Озолс вешался. Еще я вешался в белорусском кинофильме «Красные листья». Но все равно финал «Разоренного гнезда» оптимистичен. Жизнь ведь всегда продолжается: сын остается жив, его жена — тоже.

Царила во время съемок атмосфера взаимопонимания! Я, например, сразу нашел взаимопонимание с режиссером фильма Улдисом Пуцитисом, который много лет назад снимался в знаменитой картине «Эдгар и Кристина». И который, как и я, сейчас сперва не мог привыкнуть к этой самой атмосфере съемок. Мы ведь оба привыкли работать на киностудии. А сейчас фильм снимался не на киностудии — это заказ LTV.

Мы ездили по всей Латвии, снимались преимущественно на открытой природе. В Пиебалге были, в Вентспилсе. Всюду. Потом мы привыкли к таким боевым условиям. Настроение во время съемок было отличное: зима, бодрящий морозец. В фильме снялось много известных латышских актеров, которые много лет не работали в кино. Мы все радовались, что опять хоть как-то задействованы в кино.

А я много сыграл ролей в кино, очень много. Бывало, в год снимался в двух-трех картинах. И ни разу не мечтал о Каннском фестивале! Я был советским актером, а советских редко выпускали за рубеж. Правда, много лет назад я был на одном кинофестивале, в Чехословакии. Рижская киностудия представляла фильм «Рита». Картина получила диплом.

Но Каннский фестиваль? Это не для меня. Времена теперь другие. И вообще, для Канн надо сперва смокинг покупать!»