Север в моде! Репортаж из Оулу — культурной столицы Европы 2026 года

Lasīt latviski

В небольшом аэропорту символика нового статуса встречается буквально на каждом шагу.

Символом этого события северяне выбрали снежинку — позже я увижу ее и у кафе (местная гастрономическая культура тоже часть истории Оулу), и на крышках люков на улицах. В национальном отборе на этот титул Оулу опередил Тампере, крупный центр на юге Финляндии, и небольшую Савонлинну на востоке страны.

Первое впечатление подсказывает, что статусом культурной столицы Европы здесь действительно гордятся.

В переговорной, украшенной светильниками в форме снежинок, мы встречаемся с руководителем художественной программы фонда Oulu 2026 Сааму Форсбломом и председателем правления Пийей Ранталой-Корхонен.

На чашах весов — функциональность города и творческое начало

Девиз Оулу как культурной столицы Европы — «Изменение культурного климата», поэтому я спрашиваю, каким был тот культурный климат, который создатели программы хотели изменить.

— Мы заметили, что люди в Оулу живут словно в пузырях, и нам захотелось их прорвать. Мы стремились свести вместе самых разных людей, объединить таланты и знания горожан. Оулу известен как центр высоких технологий, как родина Nokia, но куда меньше — как культурная столица. Нам хотелось соединить эти кажущиеся противоположности и посмотреть, что нового и хорошего из этого получится, — рассказывает Рантала-Корхонен.

Когда-то Оулу славился торговлей дегтем и лососем, а за последние полвека заслужил репутацию «северной Кремниевой долины»: именно здесь в 1982 году открылся первый в Северных странах технопарк. Почему же образа центра науки и высоких технологий оказалось недостаточно? Сааму Форсблом подчеркивает, что проект культурной столицы Европы — часть долгосрочной стратегии развития Оулу, ведь именно культура наполняет город жизнью.

— В конце концов, что делает город притягательным, особенно если вы живете за пределами столичного региона? Разумеется, он должен быть функциональным. Но в нем должно быть и место для творчества. В Оулу эти «жесткая» и «мягкая» стороны по-настоящему не уравновешивали друг друга.

— На наш взгляд, статус культурной столицы Европы стал хорошим инструментом для достижения такого равновесия.

Он позволяет ярче высветить творческую сторону нашей жизни — искусство, уличную культуру, силу сообществ — наряду с прагматичными ценностями технологического центра. Взгляните на это и с другой точки зрения: если вы хотите привлечь к себе специалистов, нужно предложить им нечто большее, чем просто работу. А чтобы удержать жителей, необходимо открыть перед ними вдохновляющую перспективу на будущее. Цель изменения культурного климата — укрепить понимание того, что культура составляет огромную силу по-настоящему богатого города.

Широкий размах, ведь границы культуры простираются далеко за пределы живописных рам

В контексте культурной столицы Европы организаторы трактуют слово «культура» широко:

— На наш взгляд, речь идет не просто о «европейской столице искусств». Искусство — часть культуры, но культура гораздо шире. Это и природа, и наша северная кухня, и события местных сообществ, и обучение... Все наши привычки и неосязаемый уклад жизни, которые делают нас северянами. (...) Причина [столь пристального внимания международных СМИ] в том, что

в программе культурной столицы Европы нам удалось соединить северный образ жизни с интересным культурным содержанием.

Сейчас, когда юг «перегрелся», кажется, что север снова вошел в моду. С этим соглашается Пийя Рантала-Корхонен:

— Мне кажется, лучшие мгновения у нас — те, когда люди просто хорошо проводят время. Обычным горожанам не так уж важно, чтобы здесь непременно было искусство мирового уровня, [им хочется,] чтобы проходили самые разные события, в которых можно участвовать. Например, наш летний ужин за столом длиной в километр несколько недель назад собрал 20 тысяч человек.

В проекте культурной столицы Европы Оулу выступает вместе с 39 муниципалитетами — так же, как в будущем году Лиепая, которая разделит этот титул с Южнокурземским и Кулдигским краями. Я спрашиваю Пийю, какие главные уроки она вынесла из этого процесса, который наверняка дался непросто.

— Взгляните на карту: Оулу — единственный крупный город здесь, на севере Финляндии. Между ним и остальными муниципалитетами всегда существовало определенное напряжение: соседи упрекают Оулу в том, что он «забирает» всю молодежь, приезжающую сюда учиться, что ему достаются все инвестиции, и так далее. (...) Вовлекая окрестные муниципалитеты в программу культурной столицы Европы, мы хотели ослабить это напряжение и предложить сотрудничество, чтобы убедить: действовать сообща лучше, чем соперничать.

— Мне кажется, они это приняли, ведь благодаря этому событию смогли стать частью чего-то настолько масштабного, чего никогда не добились бы в одиночку.

— В обычное время у большинства муниципалитетов очень скромный бюджет на культуру. В рамках года культурной столицы мы выделили на культурные проекты региона три с половиной миллиона евро, а как ими распорядиться — решают они сами. (...) Если говорить об уроках, нужно учитывать, что налаживание сотрудничества требует много времени. Политики в муниципалитетах меняются, так было и в Оулу. На каждых выборах обновляется примерно 40 процентов состава совета, поэтому раз в четыре года приходится иметь дело с новыми людьми, принимающими решения, и заново убеждать их, что в этот проект стоит вкладывать деньги.

— Если же говорить о самом годе культурной столицы Европы, то, по-моему, настоящим «ледоколом» стали церемонии открытия, которые прошли совместно со всеми муниципалитетами-участниками. (...)

— Сценой для нашего открытия стал весь центр города: разные события проходили на 20 площадках, большинство из них — бесплатно.

Их посетили около 250 тысяч человек. Атмосфера напоминала нынешний фестиваль цветов в городском парке в разгар лета: все улыбались! Помню, тогда я почувствовала, что мы действительно сделали что-то правильно.

Все решает не «супергений»: ключ к переменам — в совместной работе сообществ

Вовлечение жителей в создание программы стало одним из ключевых принципов. Пийя Рантала-Корхонен вспоминает, что при подготовке заявки на звание культурной столицы Европы внимание организаторов привлекло исследование Университета Турку, посвященное крупнейшим городам Финляндии: показатели эмоционального благополучия жителей Оулу оказались низкими, многие признавались, что чувствуют себя отверженными. Организаторам казалось, что здесь может помочь культура.

Однако речь шла не о проектах и идеях, придуманных «сверху», а о тех, что выношены самими горожанами. Теперь, когда год культурной столицы перевалил за половину, руководитель художественной программы Сааму Форсблом убежден, что решение было верным:

— В создании такой программы есть два подхода. Первый — кураторский: всю программу формирует один творческий «супергений», проходит череда крупных международных событий — и на этом все. Мне доводилось видеть и такие примеры. Второй подход, который выбрали и мы, предполагает, что

в работе над программой со своими идеями участвуют разные организации, сообщества и заинтересованные стороны. Именно так, на мой взгляд, можно добиться реальных перемен.

— Конечно, вместе с художественными советниками мы сформулировали основные темы — северное измерение, взаимодействие искусства и природы, еды и технологий. Но всего в этом году у нас пять тысяч событий, а наш последний призыв «Мы — культура» был обращен к школам, детским садам, трудовым коллективам, соседским сообществам — к кому угодно! Для нас крайне важно, чтобы люди чувствовали: это касается именно их. А не так, что где-то происходит что-то классное, а я к этому непричастен... Вовлеченность и участие для нас важнее всего. В этом и заключается глубинный смысл нынешнего года культурной столицы Европы.

— Такой год нельзя планировать как фестиваль искусств. Здесь ты должен создать сообщество, которое будет творить этот год вместе с тобой.

Насколько это удалось Оулу, мнения расходятся. В разговорах с местными жителями много воодушевления, но порой звучат и более скептические нотки.

Юмор как путь к пониманию силы искусства

Я попадаю в Оулу в конце августа, когда в разгар короткого, но светлого северного лета в центре города три вечера подряд идет масштабное представление Delta Life. В нем встречаются современный танец, воздушная акробатика, настоящие гитары и эйр-гитара (игра на воображаемом инструменте), струнный квартет и хор кричащих мужчин — еще одна культурная визитная карточка Оулу: коллектив, основанный дирижером Петри Сирвие, не поет ни одной ноты, но с безупречной точностью декламирует свои тексты. Пеструю компанию объединяет музыка финского гитариста Марзи Нюмана, и сам он в сверкающем красном смокинге — один из главных магнитов сцены.

Оулу расположен там, где река Оулуйоки впадает в море. Сцена Delta Life построена прямо на воде, а в центре мультимедийного действа — поэтичная история города сквозь века.

— Где рождается город, там рождается и культура, — объясняет замысел постановки исполнительный директор организации Oulu August Festivals Пиа Алаторвинен, с которой я встречаюсь после первого из трех вечеров Delta Life. — Это представление рассказывает и о человеческой природе, которой всегда мало. Люди становятся алчными, развязывают войны, потому что хотят того, что принадлежит другим или лишь немногим.

Этой постановкой мы стремились сказать, что природа и Вселенная хотят, чтобы мы были на их стороне, радовались жизни и спасли мир.

В ведении команды Алаторвинен шесть летних фестивалей Оулу, охватывающих джаз, литературу, современное искусство, музыкальные клипы и даже чемпионат мира по эйр-гитаре.

В этом финском городе он прошел уже в тридцатый раз — под лозунгом «Занимайтесь воздухом, а не войной!». Спросите, что такое эйр-гитара? Это один из экспортных культурных брендов Оулу, который со свойственной финнам самоиронией умеет привлечь внимание и за внешне комичным фасадом открыть дверь в город творческого беспокойства, красочных историй и доброжелательных людей на севере Финляндии.

Как раз в этот момент в комнату входит опытный эйр-гитарист и руководитель нынешнего чемпионата Джастин Говард из США, выступающий под псевдонимом Nordic Thunder («Северный гром»). Он изучал кинематограф в Чикаго и долгое время работал в этой сфере, а на досуге увлекся полной юмора игрой на воображаемой гитаре — и вот уже 20 лет каждое лето приезжает в Оулу на чемпионат мира. Его сценический образ — пещерный человек. У Джастина длинные волосы, густая темная борода, невероятный запас энергии и природный ораторский дар. Оказывается, чемпионат по эйр-гитаре — не просто комическое развлечение, а событие с весьма амбициозным посланием:

— Мы валяем дурака с величайшей серьезностью! Ведь дело, которое мы отстаиваем, тоже очень серьезное. Иногда средства должны быть абсурдными, чтобы люди обратили внимание! Чтобы все услышали, как важно укреплять мир на планете, послание порой приходится немного «подсластить», особенно сегодня. (...)

— Мы любим повторять: если у тебя в руках эйр-гитара, ты не можешь одновременно держать оружие. (...) Ты заманиваешь людей этой легко усваиваемой глазурью, а затем заставляешь их вникнуть в суть послания.

— Я играю на воображаемой гитаре уже 20 лет и от всего сердца верю в то, что говорю. По сути, эйр-гитара — это возможность быть замеченным.

Как этот коктейль из энергии, юмора и серьезности вписывается в программу Августовских фестивалей Оулу, а быть может, и всей культурной столицы Европы? Ответ есть у Пиа Алаторвинен:

— Если говорить о культурной столице Европы, то послание эйр-гитаристов попадает точно в цель. В конце концов, Европейский союз был создан потому, что люди устали от войны и не хотели ее повторения. Над этим нам по-прежнему нужно работать. Что касается Августовских фестивалей, на них встречаются самые разные искусства, и Delta Life — лишь верхушка айсберга. Джастин только что страстно рассказывал об эйр-гитаре — это тоже коктейль из разных видов искусства. Ключевые слова здесь — «искусство» и «страсть». Со страстью можно и собирать ягоды и грибы в лесу, и заниматься рукоделием... Дела, в которые ты вкладываешь душу, поднимают тебя над повседневностью и придают жизни смысл. Девиз Оулу как культурной столицы Европы — «Изменение культурного климата» — очень точен. Искусство обладает огромной силой пробуждать перемены, потому что затрагивает эмоции.

— Можно «засыпать» людей фактами и знаниями, но перемены происходят тогда, когда человек тронут изнутри. Искусство сводит людей вместе и позволяет им открывать для себя новое. Так мы понемногу и можем изменить мир.

— К тому же сила искусства преодолевает языковые границы! Например, среди зрителей Delta Life много как финнов, так и иностранцев. Те, кто не знает финского, не понимают, что именно выкрикивает хор кричащих мужчин, но отчетливо ощущают эмоции, которые рождаются на сцене. Так же и с эйр-гитарой: если делаешь что-то от всего сердца, другие это почувствуют и услышат. Поэтому мне кажется, что именно через культуру лучше всего говорить о больших и сложных идеях, в том числе о мире на планете, — добавляет Джастин.

Еще один пример силы искусства Пиа связывает с открытием года культурной столицы в январе:

— [В это время] здесь холодно, темно, и люди неохотно выходят из дома. Это были одни выходные, когда повсюду что-то происходило — в барах, ресторанах, галереях и так далее... И все прошло так удачно — представьте, незнакомые люди заговаривали друг с другом! Для здешних жителей это совсем не характерно.

— Люди улыбались, улицы были полны, и в тот момент я поняла: годы нашей работы наконец окупились.

— Накануне года культурной столицы Европы еще царил большой скепсис, нас упрекали в том, что это бессмысленная трата денег... Но открытие показало, что люди действительно хотят выходить на улицу, встречаться, хорошо проводить время вместе и наслаждаться искусством.

Delta Life — история города, рассказанная на мировом уровне

Жители севера Финляндии наконец маленькими шагами начинают осознавать, на что они способны, и проект культурной столицы Европы дал этому ощутимый толчок. Таким наблюдением делится эйр-гитарист Джастин Говард, который в манере настоящего американского проповедника старается подтолкнуть местных к большей смелости:

— Думайте не о том, что может не получиться, а о том, что получиться может! Этим летом я путешествовал вдоль реки Оулуйоки в рамках другого культурного проекта и вижу, что кое-что понемногу меняется.

— Люди, ставьте себе самые высокие цели, какие только можете!

— Даже если все не выйдет, вы наверняка продвинетесь дальше, чем если бы не ставили их вовсе! И по пути научитесь чему-то ценному. Ведь ваш девиз культурной столицы Европы — «Изменение культурного климата»! Так вот, я считаю своей миссией это изменение приближать.

Это вызывает улыбку у сидящей рядом с Джастином Пиа Алаторвинен, ведь масштабное представление Delta Life — прямое подтверждение того, о чем только что говорил увлеченный американский артист:

— Мы вложили в него свою культурную историю и два явления, которыми Оулу лучше всего известен за рубежом, — эйр-гитару и хор кричащих мужчин — и вывели их на большую сцену. С этим проектом мы пошли на очень большой риск: он непростой, дорогой, а вдруг никто не придет? Но мы все-таки решились.

— Мы поместили свою культуру в свет прожекторов, и оказалось, что выглядит она прекрасно и вполне дотягивает до мирового уровня!

— Именно это мы и хотим сказать миру и самим себе: у нас здесь культура мирового уровня! Неважно, что мы живем где-то далеко на севере Европы и многие о нас даже не слышали. Неважно, где ты живешь, — искусство и культура высокого уровня могут быть и вокруг тебя.

Пиа делится и своим видением того, каким она хотела бы увидеть Оулу через пять лет — что останется в памяти от года культурной столицы Европы:

— Позаимствую эту мысль у художественного руководителя Delta Life Юкки Такало: если нашим представлением мы покажем, что в Оулу возможно все, может быть, это вдохновит молодых и через пять лет они создадут здесь что-то свое. Они придумают то, чего мы сейчас и вообразить не можем. (...) Мы никогда не поставили бы событие такого масштаба, если бы не культурная столица Европы.

— И дело тут не только в деньгах, но и в более широкой перспективе, ведь цель была выше и дальше повседневности.

Стоит добавить, что чемпионат мира по эйр-гитаре собрал в Оулу в этом году более 50 участников из 13 стран. Даже такого скептика, как я, он заставил изменить мнение, показав, какой тонкий комедийный дар, физическая подготовка, сценическая харизма и «воздушность» нужны, чтобы своим выступлением завоевать сердца и зрителей, и жюри. Кстати, запись прямой трансляции финала чемпионата и последовавшего за ним представления Delta Life по-прежнему можно посмотреть на сайте.

Для симфонического оркестра Оулу подготовка стала многолетним марафоном

Майя Кууcисто — генеральный директор симфонического оркестра Оулу, или Oulu Sinfonia, с многолетним опытом работы в фестивальном мире. Коллектив из 61 музыканта под управлением британского дирижера Румона Гамбы — один из шести крупных симфонических оркестров Финляндии и единственный на севере страны. Поэтому и задачи у него широкие: от симфонических и оперных концертов до джаза, поп-музыки и проектов современного танца.

Майя рассказывает, какие новые возможности открыл перед оркестром год культурной столицы Европы:

— Во-первых, думаю, это возможность мыслить немного иначе. Мы знаем, что в Оулу приедет много гостей, поэтому можем позволить себе более крупные проекты — как с международными звездами, так и с собственными талантами. Например, в ноябре мы представим большой концерт Beyond the Sky вместе с известным во всем мире финским астрофотографом Юкка-Пекка Метсявайнио. Он пройдет в большом спортивном зале, снимки будут показаны на огромном экране размером 28 на 60 метров и дополнят специально написанное для этого события пятидесятиминутное сочинение. Его автор — финский кинокомпозитор Лаури Порра, правнук Яна Сибелиуса. Всего будет пять концертов, 12 с половиной тысяч билетов.

— За три месяца до события продано уже почти девять тысяч билетов. Это самый крупный масштаб, в каком мы когда-либо работали, ведь в нашем собственном концертном зале всего около 800 мест.

— Но больших проектов в Оулу в этом году много, это позволяет мыслить шире, и это прекрасно! Год мы начали с «Саамской оперы», затем впервые в Финляндии поставили «Мессу» Леонарда Бернстайна. Она тоже прошла в спортивном зале Оулу, ее посмотрели более девяти тысяч человек. Наша аудитория в этом году как минимум вдвое больше обычной.

Звучит грандиозно, но все это, разумеется, стало возможным именно благодаря вниманию к году культурной столицы Европы и связанным с ним финансовым возможностям. Руководитель симфонического оркестра признает, что планы на будущий год, хоть и скромнее по масштабу, позволят немного перевести дух:

— Программа следующей весны будет заметно приземленнее, но это неплохо: из-за проекта культурной столицы Европы мы в последние годы работали очень много. В будущем году начнется реконструкция нашего концертного зала, и два с половиной года мы проведем вне родных стен. Так что, по сути, к фестивалю мы готовимся несколько лет подряд. (Смеется.) Сможем пустить в дело опыт и идеи, накопленные за год культурной столицы!

Оркестру и его музыкантам титул культурной столицы и связанные с ним проекты дали иное понимание того, кто они и на что способны.

— Оулу и наш оркестр, а может быть, и другие учреждения культуры обрели определенную уверенность: мы здесь, на севере Финляндии, отличные профессионалы и можем показать миру, на что способны. Не подражать другим, а идти собственным путем. Для нашего самосознания это очень важно. По-моему, нам действительно удалось изменить культурный климат в регионе Оулу, ведь люди хотят быть частью наших проектов, предлагают помощь, предприниматели стремятся участвовать...

— Это перемена в представлении о том, что культура может дать городу. (...)

— Я вижу, что на концерты и спектакли начали приходить те, кто раньше этого не делал. А любители музыки стали чаще бывать и на других культурных событиях. Этот год дал возможность попробовать много нового. 

— Люди из других краев Финляндии и из-за рубежа и раньше говорили, какой Оулу приятный город, какие тут приветливые люди и интересные идеи...

— В этом году мы и сами наконец начинаем это ценить! Видимо, нам нужно подтверждение со стороны.

— Да, здесь нередко возникает ощущение, что все происходит в Хельсинки. Мы находимся в шестистах километрах к северу от столицы и чувствуем это в том числе при принятии решений, где по большей части думают о нуждах столичного региона. Но теперь я вижу, что об Оулу стало говорить гораздо больше людей. Многие признаются, что не бывали здесь десятилетиями, а теперь удивляются, до чего тут здорово.

Волну воодушевления чувствуют не все: Рийкка Соининен и остров художников

В последний день перед отъездом отправляюсь прогуляться на Пикисаари, или Смоляной остров, — один из множества маленьких островков, разбросанных в дельте реки Оулуйоки и соединенных мостиками. От Пикисаари всего пять минут пешком до центральной рыночной площади, театра и библиотеки. Когда-то это был рабочий район с лесопилкой, шерстечесальней, смолокурней и верфью, а сегодня идиллические улочки со старыми деревянными домами превратились в сообщество художников. По совету, полученному в информационном центре Oulu 2026, иду искать «самую маленькую художественную галерею» Оулу.

В сумерках на крыльце темно-красного деревянного домика посетителей встречает улыбчивая женщина, с которой я позже познакомлюсь ближе, — местная художница Рийкка Соининен. Она приглашает

заглянуть внутрь слегка покосившегося домика рабочих XIX века, сохранившегося до наших дней почти без изменений: всего одна комната с единственным окном и печью в углу.

Когда-то здесь ютилась целая семья с несколькими детьми. Позже дом забросили, он перешел в ведение города и привлек внимание местных художников. Четыре года назад им удалось добиться разрешения открыть его для посетителей как небольшую галерею.

Рийкка Соининен знакомит с нынешней экспозицией — она меняется каждую неделю. В основном здесь выставляют работы художников севера Финляндии, и программа расписана до осени.

— На этих старых обоях все смотрится прекрасно, — радостно говорит Рийкка.

Правда, возможно, продлится это недолго:

— Скорее всего, у нас здесь осталось всего одно лето. Потом весь квартал собираются полностью реконструировать. Никто толком не знает, что будет. Поскольку последние три лета дом был открыт для посетителей, его владелец — город Оулу — по крайней мере отказался от планов его снести. Но мы продолжаем бороться за сохранение остальной застройки улицы. Вероятнее всего, и этот дом перестроят.

— Я видела несколько проектов, и худший из них, на мой взгляд, — идея превратить это место в кафе:

устроить тут кухню, туалеты, пандусы и так далее.

— Тогда от подлинной патины дома ничего не останется! (...) Это угнетает. Но, к сожалению, для Оулу это типично: здесь не ценят старые здания — они непрактичны и дороги. А ведь тут каждая стена, каждый уголок рассказывает настоящую, неотполированную историю острова и повседневную жизнь рабочих! Мне очень хотелось бы сохранить этот дом таким, какой он есть. Разве что подвести электричество, потому что сейчас единственная лампа работает от самого длинного в мире удлинителя, протянутого из нашего сада.

Спрашиваю Рийкку: может быть, программа культурной столицы Европы с ее финансированием и возможностями огласки способна помочь? Она горько усмехается:

— Им же это неинтересно... Эта галерея никак не связана с Oulu 2026. Мы занимаемся ею совершенно добровольно, просто потому что любим искусство и художников. Проект культурной столицы Европы очень славный, но мне как художнице он кажется немного показным: сделаем что-нибудь большое, со множеством зрителей, будет ах и ох — и на этом все. А мы, художники Пикисаари, тихо работаем здесь уже десять, двадцать лет, и это совсем другое. Знаю, что Пикисаари использовали как один из козырей в заявке на этот титул: в Оулу есть чудесный остров художников, это сердце города и наша жемчужина!

— Но в реальности в этом году все свелось к нескольким флажкам с надписью Oulu 2026. Эту маленькую галерею мы содержим сами, без поддержки культурной столицы Европы.

— Когда-то мы спрашивали, нельзя ли получить какое-то финансирование, и нам ответили: денег дать не можем, но можем включить вас в список партнеров. Мы решили, что и дальше будем заниматься этим так же независимо, как и раньше. (...)

Рассказ Рийкки Соининен вносит более скептическую ноту в общий приподнятый настрой Оулу как культурной столицы Европы и наводит на мысль, что в усилиях укрепить связь разных сообществ с городом еще есть куда расти — и после 2026 года. Впрочем, у Рийкки есть и хороший опыт участия в событиях программы:

— Я знаю организаторов и искренне рада, что им удалось завоевать для города этот титул. Не сомневаюсь, что он расширил аудиторию культурных событий. Я сама была на открытии Музея саамского искусства, там собралось очень много людей, и мне очень понравилось. А на открытии года культурной столицы в январе весь город был таким светлым, в парках горели разноцветные огоньки... Помню, передо мной шли две девушки и говорили: почему так не может быть всегда? И я подумала: вот именно!

— Мы ведь могли бы так освещать парки каждую зиму! Это показало бы, что городу есть дело до своих жителей и в будни!

— Обычно здесь зимой темно, идет дождь, валит снег, улицы скользкие, и все довольно ужасно. А в те выходные город преобразился. Я была и на вечеринке в стиле хаус на рынке, где в ночной темноте играли диджеи. Дети тут же рядом катались по льду, а родители в такт качали головами! (Смеется.) Это было замечательно! Но когда культурная столица Европы говорит тебе: упомянуть вас в списке партнеров можем, а денег не дадим, — во мне просыпается эгоист.

— Это наше дело, и я не хочу, чтобы его присваивали своей программе, ничего в него не вложив.

— Я, конечно, надеюсь, что год культурной столицы Европы скажется и в будущем, но Оулу славится тем, что люди здесь живут каждый в своем пузыре, а может, и в своей башне...

AaltoSiilo — история возрождения целлюлозного комбината

Вдохновленная увлеченным рассказом Рийкки Соининен, я меняю планы на оставшийся день и попадаю в художественное пространство AaltoSiilo в промышленном районе Оулу. Оказывается, это первое промышленное здание легендарного финского архитектора и дизайнера Алвара Аалто — завершенные в 1931 году целлюлозный комбинат и склад в Топпиле. До наших дней сохранилась лишь одна их часть — высокое узкое бетонное сооружение, немного напоминающее поставленную на нос лодку.

Как раз в это время внутри показывают документальный фильм об истории здания, и я узнаю, что после закрытия в 1985 году похожий на собор складской резервуар постепенно начал приходить в упадок. Несколько местных жителей пытались его спасти, но спустя десять лет безнадежной борьбы с бюрократией вынуждены были сдаться.

В 2019 году город Оулу выставил здание на торги. В это самое время в изнуряющей севильской жаре у кондиционера спасалась британский архитектор Шарлотта Скин Кэтлинг, чей интерес к архитектуре брутализма привел ее к сообщению в Instagram о продаже постройки Аалто. До того она никогда не слышала об Оулу, но об Аалто, разумеется, знала. И немного тосковала по прохладе. Вместе с мужем она шутки ради подала заявку на аукцион, где начальная цена здания составляла 6000 евро. К удивлению архитекторов, других претендентов не нашлось, и они неожиданно стали новыми владельцами AaltoSiilo. Теперь здание медленно возрождается, а в год культурной столицы Европы распахнуло двери для выставок.

Чтобы год столицы не свелся к череде ярких событий: оценка исследователей

Год культурной столицы Европы в Оулу продлится еще четыре месяца. За это время город вернется к своим корням центра высоких технологий, под конец года подчеркнув встречу культуры и цифровых технологий. В ноябрьской темноте его осветит и наполнит звуками фестиваль искусства и технологий Lumo, где прозвучит и упомянутое сочинение для симфонического оркестра и астрофотографии Beyond the Sky, пройдут разные выставки, а завершится год веселым мюзиклом, главным героем которого станет сосед Оулу — Дед Мороз, ведь город расположен всего в паре сотен километров южнее полярного круга.

Спрашиваю руководителя художественной программы Oulu 2026 Сааму Форсблома о долгосрочном наследии этого масштабного проекта:

— Я вполне уверен, что хорошие начинания останутся. Конечно, вопрос о наследии года культурной столицы Европы непростой, ведь он и правда наполнен крупными событиями, их хотелось бы удержать, но ресурсов в следующие годы будет меньше. Поэтому я бы сказал, что главное долгосрочное приобретение — это потенциал людей, работающих в сфере культуры. У них была возможность развить свои способности в большем масштабе, завязать новые знакомства и найти новые источники финансирования. А жители Оулу протоптали тропинку к культурным событиям, и в этом весь ключ: люди хотят наслаждаться искусством и культурой!

— Руководство города тоже поняло, что нам не выжить, если мы не станем вдохновляющим местом для жизни, и что культура — главный инструмент, способный сделать город интереснее. (...)

— Главное — отношение: как ты хочешь развивать свой город через культуру и творчество. А еще вера в собственные силы. Например, созданный молодежью фестиваль электронной музыки Frozen People, который прошел в феврале прямо на замерзшем море. Это была безумная идея большого международного размаха, но у них получилось. Представьте, сколько нового они узнали! (...) Думаю, север Европы ждет хорошее будущее. Ведь здесь у нас есть то, чего в большей части мира уже нет: свежий воздух, прохладный климат, четыре времени года, много пространства, покой и безопасность. И все это мы хотим развивать через мышление, основанное на культуре.

Титул культурной столицы Европы, который уже через четыре месяца перейдет от Оулу к другому приморскому городу в этом регионе — Лиепае, — приходит со своими условиями. Чтобы он не остался лишь чередой ярких представлений в течение года, а подтолкнул к долгосрочным переменам в обществе, одно из требований — привлечь исследователей, которые оценивают влияние культурного года. В случае Оулу этим занимаются базирующийся в Хельсинки центр исследований культурной политики Cupore и научный сотрудник Мерви Лёнила, начавшая эту работу еще пять лет назад:

— Мы регулярно опрашиваем и деятелей культуры, и жителей региона Оулу, и тех, кто принимает решения, и других участников. Первые опросы мы провели в 2022 году, затем повторили их в 2025 году и повторим еще раз в 2027 году. Например, у жителей мы спрашиваем, как они чувствуют себя в Оулу в конкретный момент, чего ждут от программы культурной столицы Европы и так далее.

— В опросах работников культуры мы смотрим, как меняются их оценки условий труда и возможностей сотрудничества; измеряем также настроения людей и их отношение к своему региону и городу.

— В конце концов, Оулу участвует в этом проекте вместе с 39 муниципалитетами — это территория, по площади превосходящая Словакию. Поэтому наша задача — измерять эти показатели на очень обширном пространстве и создать целостную картину. Мы проводим и углубленные интервью. Например, сегодня я беседовала с руководителями нескольких учреждений культуры Оулу о том, как программа культурной столицы Европы влияет на их работу, как складывается сотрудничество и так далее.

— Уже сейчас видно, что люди в сфере культуры стали больше сотрудничать, и для такой программы это совершенно естественно. Видим и то, что зрители нашли дорогу на эти события, так что уже можно заключить: одна из целей проекта — расширить культурное предложение, вовлечь людей и оживить общественную жизнь — достигнута. Кроме того, международный интерес к Оулу заметно вырос, и вы тому подтверждение.

— Мне кажется, это удивило и сам город: искусство и культура, оказывается, способны привлечь столько внимания.

— Менее очевидные вещи мы пока оценить не можем, ведь год прошел лишь наполовину. Нужно дождаться опросов будущего года, и тогда уже сможем говорить о конкретных данных.

Поскольку Мерви родом из Хельсинки, выясняю, как она смотрит на то, способен ли статус культурной столицы Европы изменить представление жителей юга Финляндии о северянах:

— Я на это надеюсь! Вообще горожане в Оулу довольно застенчивы и часто сами не ценят того, что у них есть. Наши опросы показали, что

люди из других частей Финляндии оценивают Оулу выше: считают, что это интересный город и его стоит посетить.

— А сами жители Оулу в этом далеко не так уверены! (Смеется.)

Совет исследовательницы тем, кто будет оценивать год Лиепаи как культурной столицы Европы, звучит так: сотрудничать, сотрудничать и еще раз сотрудничать.

Туристическая цель достигнута; на титул культурной столицы ложится и отсвет геополитики

Если самооценка и эмоциональное благополучие — показатели, которые уловить труднее, то экономический эффект виден довольно скоро. Оулу уже удалось достичь ранее поставленной цели: увеличить число туристов на пятую часть. Только в июле город посетили около ста тысяч путешественников, четверть из них — иностранцы, что на 23 % больше, чем годом ранее. К тому же в августе открылось железнодорожное сообщение между Оулу и шведской Хапарандой, восстановившее исчезнувшую было связь между Финляндией и Швецией.

В конце нашего разговора с председателем правления Oulu 2026 Пийей Ранталой-Корхонен звучит и геополитическая нота:

— Возможно, отчасти это заслуга культурной столицы Европы, но по большей части «благодарить» нужно нашего соседа Владимира Путина. Он хотел расколоть Европу, напав на Украину, но добился прямо противоположного. В этом контексте и Финляндии, и остальной Европе было важно, чтобы у нас появилось железнодорожное сообщение с Западом. Раньше оно было только с Россией, но теперь этому пришел конец, и вся граница закрыта. Отменены и все проекты культурного сотрудничества в рамках Oulu 2026.

— Изначально мы такие задумывали, ведь регион, с которым мы вместе выступаем как культурная столица Европы, простирается до самой российской границы.

— У трех муниципалитетов общая граница с Россией. Но после вторжения в Украину мы прекратили все культурные проекты с российскими партнерами.

Замечаю, что слышала от местных жителей: перед началом года культурной столицы Европы царил довольно сильный скепсис, есть ли во всем этом смысл. Ее это не удивляет:

— Мне кажется, для жителей Оулу это вполне характерно. Я сама из Хельсинки, переехала сюда по работе в 2013 году. По-моему, так северяне уживаются с трудностями: если многого не ждешь, избавляешь себя от разочарования. Возможно, в самом начале я была единственной, кто верил, что Оулу завоюет этот титул и все получится. (...) Думаю, в глубине души горожане гордятся своим городом и северной идентичностью.

— Но если на местном уровне здесь ощущается напряжение между Оулу и меньшими муниципалитетами, то на общенациональном оно, конечно, пролегает между севером и югом.

— В столичном регионе живет около 30 % населения Финляндии, а достается ему 80 % всего государственного финансирования культуры, тогда как наш регион получает примерно 3 %. Если бы нам выделяли столько же денег на одного жителя, сколько столичному региону, наш ежегодный бюджет на культуру был бы на 20 миллионов евро больше. Теперь вместе с титулом культурной столицы Европы мы получили дополнительные 20 миллионов на семилетний период. Но и это немало.

В завершение разговора Пийя Рантала-Корхонен дарит мне составленную ею самой поваренную книгу с блюдами, характерными для региона Оулу. Оказывается, она участвовала и в финских кулинарных шоу и вдобавок страстная грибница. Спрашиваю, скрывает ли она свои грибные места.

— Конечно, — смеется Пийя, подтверждая, что у финнов и латышей есть еще кое-что общее. —

Могу назвать примерный район, но сами места — ну разве что своим детям.