Олег Кудрин. Латвийский Янов день и украинский праздник Ивана Купала — общее и различное

Lasīt latviski
Читати українською

22 июня. День памяти героев, преддверие Лиго

Исторически так получилось, что любимый праздник Лиго — Янов день (Līgo — Jāņi 23-24 июня) находится в одном ряду с Днем памяти героев (22 июня). И если празднование Лиго складывалось веками, то день Героев появился в ходе войны за независимость Латвии. В 1919 году в битве под Цесисом бойцы Северной латвийской бригады вместе с 3-й дивизией Эстонской армии одержали победу над войсками Балтийского ландесвера и немецкой Железной дивизии.

Для обеих союзных стран это было очень важное сражение, не только с военной точки зрения, но и с психологической. В 1921 году латвийское Конституционное собрание провозгласило 22 июня Днем борцов за свободу Латвии. А дальше — важное пересечение двух праздников случилось в 1925 году. Тогда небольшая, но энергичная группа латвийских интеллектуалов сумела организовать в Риге перед Яновой ночью «первый латышский карнавал». На Эспланаде установили площадку, на которой выступал небольшой оркестр и певцы. А ночью был фейерверк над Даугавой. Воодушевляющее получилось событие.

Правда, возникла дискуссия, корректно ли такое празднование сразу после Дня, посвященного памяти бойцов. Сложился консенсус, что одно другому не противоречит:

для того и создавалась национальная армия, для того и велась Война за независимость, чтобы жить в своем государстве и праздновать в нем то, что душа просит.

Однако после переворота Карлиса Улманиса в 1934 года День борцов за свободу исчез из списка официальных праздников. Это было связано с политической целесообразностью. Ведь Ландесвер и Железная дивизия дошли до Цесиса после государственного переворота пронемецкого правительства Андриевса Ниедры. Тогда Временное правительство под руководством Улманиса было вынуждено укрыться на борту парохода в порту Лиепаи (под охраной кораблей Антанты). Подобные акценты для авторитарного лидера были не очень приятны…

Праздник был восстановлен в 1995 году под другим названием — День памяти героев. Красивая историческая рифма: это произошло, когда президентом Латвии был Гунтис Улманис, внучатый племянник Карлиса.

Астрономические смыслы и тайны имени Янова дня / Ивана Купала

А теперь разберем основные смыслы латышского Янова дня и украинского праздника Ивана Купала. Понятно, что корни у них общие. А смыслы — христианский, языческий и астрономический. Начнем с последнего.

Каждый год у нашей планеты, вращающейся вокруг солнца, есть два дня солнцестояния, летнего и зимнего: 21 июня и 21 декабря. У нас, в северном полушарии это означает самый длинный день — летом, самую длинную ночь — зимой.

В древности люди, живущие в природных ритмах, отмечали дни солнечного календаря как торжество обожествляемых сил природы.

Христианство, победив язычество, преобразовало эти первобытные праздники, находящиеся в полугодовой оппозиции друг к другу. Зимой стали праздновать день Рождества Христова. Летом — день рождения Иоанна Предтечи, крестившего Иисуса. Правда, в христианском календаре они сдвинулись на несколько дней вперед по сравнению с астрономическими датами, которые отмечались язычниками. 25 декабря — Рождество, 24 июня — день почитания Иоанна Крестителя.

И дальше в народном бытовании, в фольклорном творчестве все смешивалось: старые языческие традиции, новые христианские толкования и еще более новое народные фантазии на христианской основе, но в языческой стилистике. В итоге в латышском календаре появился Янов день, в украинском — Ивана Купала. 

А дальше этот праздник, имевший у балтийских и славянских племен общие древние корни, оказался в пределах разных государств, в разных условиях. Потому он сильно изменился — у латышей и украинцев. Но осталось и много общего — плетение венков, разведение костров и прыганье через него, пение песен с характерными припевами («Лиго-Лиго» или «На Ивана, на Купала»). Ну и конечно — гулянье всю ночь, дополнительным обоснованием чего стала традиция поиска цветущего папоротника (тоже имеющая очевидную любовную подоплеку — как повод уединиться).

23-24 июня. День Лиго, Янов день и главное — ночь между ними

Латвийская природа щедра на летнюю зелень. Поэтому не удивительно, что такое внимание уделяется флоре. 23 июня вообще имеет два имени Līgo diena (День Лиго) или Zāļu diena (День трав). Считается, что травы, собранные именно тогда, обладают особыми целебными свойствами. Кроме того, ветками деревьев и кустарников украшают жилища и дворы. Потому что добрые деревья дают силу, а колючие ветки (чертополох, крапива) отпугивают злых духов и ведьм.

Ну и конечно же — венки. Сплетенные из трав и полевых цветов — для женщин, из дубовых веток — для мужчин (когда-то только для Янисов, но со временем — для всех).

Обязательным для празднования является костер, зажжённый на высшей точке местности. И это не просто огонь, это — земной символ светила, продленный в ночь. А также открывающий дорогу солнцу в следующий год. Считалось, что свет костра дает силу и плодовитость полям и людям, находящимся вокруг него.

Не менее важен гастрономический спутник праздника — сыр с тмином и пиво, которые готовили специально к Лиго. Не просто так, а чтобы коровы давали больше молока. (Кстати, иногда с той же целью венки надевали и на коров).

Ну а если есть венки, костры и пиво с Яновым сыром, то… ну, как же не попеть, не потанцевать. Когда-то эти песни с повтором «Лиго-Лиго» тоже имели сакральный смысл, но сейчас они — просто повод порадоваться жизни. Теперь мы вообще часто не замечаем, что круглые головки сыра, круглые, венки, круглые хороводы — это все символы солнца.

Уникальность Лиго — в сравнении с триумфальным Санта-Клаусом

Вообще Лиго — Янов день это уникальный пример того, как народный праздник, христианский, но с языческими корнями, стал феноменом современной жизни, заполнив всё возможное общественное пространство.

Здесь напрашиваются аналогии с американскими метаморфозами Рождества, хедлайнером которого стал Санта-Клаус. В США в XIX — XX веке на основе христианских, европейских традиций, образов и на мощной коммерческой подкладке сформировалось универсальное празднество со своей мифологией и традицией, пересекающимися с христианством лишь в отдельных узловых точках.

Нечто похожее произошло в Латвии с Яновым днем, причем начинался этот процесс раньше, еще с XVIII века. Но есть тут и большая разница. Рождество а-ля Санта Клаус формировалось на большом американском рынке (а после Второй мировой войны распространилось на весь мир). Янов же день (изначально Рождество Иоанна Крестителя) в такой красочной и многообразной форме вырастало на небольшом по объему рынке. Но уж его тоже захватило и заполнило полностью, также породив свою особую мифологию и традиции.

Этому способствовало наличие яркого имени собственного «Лиго», что психологически отделяло его от «Яновых дней» и «праздников Ивана Купала» других стран и народов, делало вдвойне «своим» — более родным, теплым, семейным. В результате Лиго — Янов день стал одним из «пунктов сборки» национальной идентичности.

Но важно, что при всем том в нем нет замкнутости, внутреннего эгоизма. Он по определению светлый, приветливый и открыт для всех, кто захочет к нему присоединиться.

Праздник Ивана Купала в Украине — что осталось и что возрождается

В Украине праздник Купайла не сохранился в той же полноте, что Лиго. Тем интересней сравнивать их в поиске сходства и различий.

С самых ранних лет помню, что у нас дома каждое лето в первой половине июня пол почему-то покрывали листьями травы — камыша-аира, мяты, полыни. На вопрос «зачем?» отвечали «так принято». Позже я узнал, что это делается на праздник Святой Троицы, известный также, как Пятидесятница, поскольку он приходится на 50-й день Пасхи. Имеется и отдельное украинское название «Зелені свята» (Зеленые праздники). А вот на Купайла жилище зеленью не украшают. То есть эта традиция в украинском быту перекочевала с Рождества Иоанна Предтечи на другой христианский праздник — Троицу. Правда иногда, нечасто, однако случается так, что Троица совпадет с Днем Ивана Купала. (Для этого нужно, чтобы Пасха была 6 мая).

Главное событие украинского Иванова дня — плетение венков из трав и цветов. И тут это сугубо девичье, женское занятие. Венок этот можно носить, а потом подарить любимому. А можно — пустить по воде, ожидая, что он сам найдет суженного.

Своеобразным вариантом ответного мужского заигрывания было поливание водой — именно своей избранницы. Однако, со временем это превратилось просто в веселое взаимное баловство (вроде зимней игры в снежки).

Ну и конечно же — разведение ночного костра. С последующим перепрыгиванием через него, в одиночку или лучше — в паре.

Таков был примерный набор атрибутов Иванова дня в Украине к 1991 году. Однако после обретения независимости началось возрождение старых традиций. Популяризация купальских песен, украшение купальского дерева, возвращение купальского стола (прежде всего сладкая ячневая каша на молоке с фруктами и ягодами, а также вареники с вишнями) и т.д.

И очень важным был переход украинских церквей на новоюлианский календарь (2024-2025). Раньше, по устаревшему юлианскому календарю Ивана Купала праздновалось с большой задержкой — 7 июля, что отстояло совсем уж далеко от летнего солнцестояния. Теперь же Янов день и Иванов день у нас одновременно — 24 июня.

Янов дня в зеркале латвийской литературы, театра, кино

В Латвии к Яновому дню относятся, как к члену семьи, родной сущности, у которой могут быть какие-то недостатки, но любовь к нему — давняя и неизменная. Оттого такой культовый статус у пьесы Рудольфа Блауманиса «Дни портных в Силмачах» (1902). Это что-то поразительное — когда Национальный театр за неделю до праздника дает представления каждый день. И залы заполнены!

В советское время отношение к празднику было разное: разрешения, запреты, попытки переформатирования.

И опять-таки — тем поразительней культовый статус фильма Яниса Стрейча «Лимузин цвета белой ночи» (1981, в оригинале, на латышском языке «…цвета Яновой ночи»). Кинокартина, которую так же с радостью смотрят каждый год на Лиго. В обоих произведениях есть и ирония, и элементы сатиры, насмешки. Но все же главная интонация — добрая, с мудрой улыбкой.

Но вот возьмем эпос «Лачплесис» (1888) Андрейса Пумпурса. Там в начале «Сказания шестого» (финального) праздник Лиго описывается поначалу так же светло и радостно:

(Каждый год приходит Лиго / Навестить детей своих, / И по всей земле латышской / «Лиго, Лиго!» слышится).

Но в праздничное описание вклиниваются поучения мудрецов, старейшин — быть латышам едиными, держаться вместе, поскольку наступают черные времена. И вслед за этим начинается переход к трагически возвышенному финалу эпоса.

И, наконец, полезно вспомнить еще один пример — притчу «Ночная фиалка» из сборника «Сказки о цветах» (1966) Анны Саксе. Здесь Янова ночь — в основе трогательного и тоже, в общем-то трагического сюжета о любви.

Подводя итог…

Восприятие Янового дня в коллективном бессознательном латвийцев — объемное, всестороннее. В большей степени — светлое, позитивное, разве что порой — с привкусом тревоги, грусти, которым всегда есть место в нашей жизни.

Резонансные украинские сюжеты праздника Ивана Купала

В украинском искусстве ситуация с этим праздником другая.

Русский писатель украинского происхождения Николай Гоголь оказал большое влияние на становление не только русской литературы, но и украинской. В своих записных книжках он много и с любовью писал об украинских народных праздниках. Что интересно — вперемешку об Ивана Купала и Зеленых святках (Троице). В те времена, в XIX веке, эти рассказы пахли древностью и были больше похожи на латвийское Лиго: «Иван Купало <…> После гаданья, собиранья разных трав в сии дни, когда природа совокупляет все свои силы и тайны, вдыхает предчувствие мира духовного, с плясками выходили за водою и кропили ею свои домы, а всю ночь прыгали чрез зажженные костры».

И первым опубликованным прозаическим произведением Гоголя была вообще-то повесть «Бисаврюк, или Вечер накануне Ивана Купала» (1830). Украинскому гению, который реализовывал свои способности в Российской империи на ее титульном языке, тогда еще не исполнилось и 21 года. Но это было поразительно зрелое произведение о суде совести, о цене счастья, купленного чужой невинной кровью. Чтоб так полно и сильно рассказать о преступлении и наказании, юному Гоголю понадобилось лишь полтора десятка страниц, а не большущий том.

А в следующем веке знаменитый украинский кинооператор, который стал режиссером, Юрий Ильенко снял сюрреалистический фильм «Вечер накануне Ивана Купала» (1968). В нем гоголевский сюжет об ответственности за свои решения и об искуплении был дополнен более общими размышлениями об истории Украины. 

То есть, обобщенно, говоря в украинской традиции «на Ивана, на Купала» — празднество прежде всего таинственное, мистическое; это время, когда природою позволено больше, чем в иные дни и ночи. И это же повод не только и не столько для веселья, сколько для того, чтобы задуматься об устройстве мира и себя…

Возможно, именно поэтому нам так хочется приобщиться к заразительно и всеобъемлюще праздничной атмосфере латышского Янова дня.