Kultūršoks: под сомнение ставится честность конкурса эскизов для гала-концерта Праздника песни и танца; Бюро надзора за закупками рассмотрит жалобы

Lasīt latviski

Авторы жалоб указывают на возможный конфликт интересов у отдельных членов жюри при оценке поданных предложений. Национальный центр культуры отвергает все обвинения — в жюри были отобраны профессионалы отрасли, у которых не было доступа к информации о том, какие творческие команды скрываются за анонимными заявками.

Член жюри давно сотрудничает с победителем первого тура конкурса эскизов

Команда продюсера и хореографа Эджуса Арумса, участвовавшая в конкурсе эскизов на разработку и реализацию художественной концепции гала-концерта латвийского сценического танца 2028 года, среди четырех участников заняла второе место, уступив команде Яниса Пурвиньша — многолетнего художественного руководителя гала-концертов Всеобщего праздника танца.

— Мы за то, чтобы побеждал лучший, и в то же время хотим указать на то, что, по нашему мнению, существует конфликт интересов, и мы хотели бы, чтобы для всех правила конкурса были одинаковыми, — объясняет решение обжаловать результаты конкурса Эджус Арумс.

Изучая баллы, выставленные жюри за идеи обоих лидирующих объединений, команда Арумса усомнилась в честности оценок хореографа Гунты Скуи. Они склонялись в пользу команды, в состав которой входит и Янис Пурвиньш.

Гунта Скуя работает вместе с Янисом Пурвиньшем почти три десятилетия, возглавляя также Консультативный совет отрасли латвийского сценического танца.

— По нашему мнению, этот конфликт интересов трудно не заметить. И именно оценка Гунты Скуи оказалась решающей: своему заместителю она выставила максимально возможный балл, тогда как остальных участников конкурса оценила — если считать по сорокабалльной системе — неудовлетворительно, — заявил Арумс.

Он подчеркнул: — Разрыв с оценками остальных членов жюри очень велик, нетипично велик. Это и заставило нас ухватиться за этот вопрос.

У Эджуса Арумса нет сведений о том, что кому-либо из членов жюри было известно, какие авторы скрываются за анонимно поданными проектами.

— Мы не можем утверждать подобного. Мы видим максимально возможный балл, которого нет ни у одного другого проекта и ни у одного другого члена жюри, а все остальные оценены нетипично низко.

Латвийский национальный центр культуры, впервые проводящий конкурсы эскизов для всех гала-концертов XXVIII Всеобщего латышского праздника песни и XVIII Праздника танца, отвергает тень подозрений в нечестном проведении конкурса.

Представитель центра Сармите Павулена указала, что сформированное из отраслевых профессионалов жюри не знало, какие творческие команды скрываются за каждым из предложений.

— Все конкурсы анонимны, поэтому, приходя в жюри, никто не знает, что там внутри. Вскрывая конверты, никто не знает, кто это написал, потому что там только история, идея. Ну да, поэтому я считаю, что это объективно — каждый согласился, подписал что-то и подтвердил свою незаинтересованность в той мере, в какой это возможно.

Роланд Юрашевскис ставит ноль баллов предложению команды Арумса

Между тем Эджус Арумс указал еще на одну подозрительную оценку — решение хореографа Роланда Юрашевскиса оценить идею, занявшую второе место, в ноль баллов, тогда как у остальных членов жюри оценки исчислялись двузначными числами.

— Ноль, по нашему мнению, означает, что предложение не соответствует абсолютно ничему. Об этом мы хотели бы услышать объяснение. Не оспаривая оценку господина Юрашевскиса, просто хотелось бы услышать объяснение. Может, ему выдали чистые листы или что-то не допечаталось, потому что ноль — это значит, что не соответствует ни художественно, ни технически ничему.

Хореограф Роланд Юрашевскис сообщил Kultūršoks, что очень тщательно ознакомился с конкурсными предложениями.

— Не скажу, что я подошел к этому как «а, ну это вот так...». Я довольно долго вникал. Я был одним из последних, могу сказать. Я читал снова и снова, хотел понять и все же представить себе, как это могло бы выглядеть.

Выставленный Юрашевским ноль Эджус Арумс так и не может понять до конца.

— Может ли быть такое, что мы неправильно поняли условия и подали что-то не то с точки зрения одного члена жюри? Есть опасения, выполнял ли человек свою работу, понял ли он.

Роланд Юрашевскис пояснил, что смотрел на предложение Арумса как на историю, которую нужно рассказать на танцевальной площадке восемнадцати тысячам танцоров.

—  Я не увидел в нем того, что можно было бы считать инновацией, как требовалось в условиях. Инновация, считаю я, — это то, что ново. Может, начать с конца и закончить началом?

Арумс считает, что предложение его команды было в каком-то смысле инновационным, но восприятие у каждого может быть разным, если смотреть на сохранение традиции гала-концерта танца.

— Мы амбициозны, мы хотим нового, но такого нового, которое не ломает традицию или, точнее, не портит традицию, а, может, слегка сдвигает грань, немного эволюционируя.

Почерк хореографов узнаваем даже танцорам самодеятельных коллективов

И Гунта Скуя, и Роланд Юрашевскис отрицают, что знали, какие имена скрываются за анонимно поданными предложениями концертной идеи. В этом убеждена и руководитель отдела сохранения и развития традиции Праздника песни и танца LNKC Сармите Павулена.

— Глядя на баллы, у меня нет оснований так думать. Пусть Бюро надзора за закупками оценит этот процесс. Люди говорят о многом.

Заместитель руководителя Бюро надзора за закупками Эвия Мугина признала, что при обжаловании конкурсов эскизов возможный конфликт интересов является наиболее частой причиной.

— В жюри обычно входят профессионалы отрасли, и участники тоже являются профессионалами отрасли, поэтому профессиональные связи можно найти у кого угодно с кем угодно. И, конечно, именно поэтому и возникают эти споры. Здесь всегда приходится взвешивать: насколько весомы те или иные обстоятельства, и о чем они свидетельствуют. И в данном случае тоже ставится под сомнение — через такие профессиональные связи — знало ли жюри или не знало, чью работу оно оценивает.

Хотя опрошенные представители жюри отрицают осведомленность о том, какие команды скрываются за анонимными предложениями, почерк хореографов узнают и сравнивают даже сами танцоры.

— Почерк [хореографа Агриса] Даниловича — все знают: там будут прыжки, девушки в воздухе, все лихо. Приходит [хореограф Янис] Пурвиньш — там будет торжественность такая, приходит [хореограф Янис] Эрглис — там будет энергия, там будет немного, может, сложно, но в то же время весело. Зная фамилию, если у тебя есть опыт в этом мире, ты просто знаешь, чего ожидать, — сказала танцовщица коллектива среднего поколения Latve Байба Зауере.

Ее муж Рейнис Зауерс добавил, что узнаваемость почерка никак не влияет на отношение к предстоящему празднику.

— Вряд ли так бывает, что танцоры или певцы, или участники этого движения, узнав, кто будет художественным руководителем или автором концепции того или иного праздничного представления, принимают решение участвовать или не участвовать в празднике. Такого, конечно, нет. Все охотно участвуют, танцоры и певцы — очень отзывчивые люди, они делают все и делают с радостью. Но то, было ли это удачно, красиво или замечательно, определяется только потом.

На протяжении нескольких десятилетий гала-концерты Праздника танца создает практически неизменный коллектив постановщиков

Янис Пурвиньш — победитель первого тура обжалованного конкурса на гала-концерт Праздника танца 2028 года — как один из художественных руководителей Праздника танца создает гала-концерты с 2003 года, в основном совместно с хореографом Янисом Эрглисом.

Эксперт народного танца, публицист танцевальной отрасли Бригита Чиксте оценивает творческий тандем обоих Янисов очень высоко.

— С началом двадцать первого века наш Праздник танца обрел новое лицо, потому что в этом веке мы создаем театрализованные гала-концерты, а не концерты с чередованием танцевальных номеров. Каждое такое представление несло свое послание, свою тему, свою идею, свою историю, и все они были разными. Не могу усмотреть в этом каких-либо признаков стагнации.

Танцовщица коллектива среднего поколения Latve Байба Зауере тем не менее порой ощущает повторяемость на праздниках последних лет.

— После последнего взрослого Праздника танца, после того grand finale, где все обычно прослезились и разошлись, я вышла и сказала: «Знаешь, у меня такое ощущение, что это уже было». Конечно, те, кто впервые, у них, конечно, слезы и волнение, но те, кто бывал еще до 2003 года... Впрочем, это были мои личные ощущения в тот момент. Так что хорошо, но, может, когда-нибудь стоит что-то поменять.

Трудности создателей театрализованных представлений понимает муж Байбы Рейнис Зауерс.

— Этот момент катарсиса нужно как-то достичь в финале Праздника танца. И там тоже возможности ограничены. Финалы вообще обычно строятся на таком общем медитативном переживании, на том, чтобы поймать общее чувство, когда вся площадка, все зрители — в одном ритме, поэтому порой и кажется: ну да, все финалы одинаковые, все сбегаются вместе, качнулись вправо, влево — и так. Ничего особо грандиозного не придумаешь.

Продюсер танцевальных мероприятий Эджус Арумс тем не менее считает, что привнесение новых художественных видений позволило бы избежать однообразия.

— Почти тридцать лет существует одно очень выраженное доминирование. Согласитесь, что там складывается свой круг интересов. Скажем, мы собираем вокруг себя единомышленников, извините за жаргон, но своего рода фейс-контроль в отношении главных постановщиков, разработки художественных концепций и так далее, и так далее. Мы также видим, что практически все это за эти годы не изменилось. Да, мы остаемся однообразными в отличие от хорового мира, который развивается, мы остаемся однообразными, потому что доминирование этого конкретного человека присутствует в проектах Национального центра культуры.

Руководитель отдела сохранения и развития традиции Праздника песни и танца LNKC Сармите Павулена эти упреки отвергла.

— Нет, я совершенно не вижу однообразия в этих танцевальных концертах. Я действительно считаю, что каждый из них уникален, и мне кажется, это вообще такая уникальная вещь, что художественный руководитель может создавать настолько разные концерты. Это, мне кажется, замечательно.

Эксперт народного танца Бригита Чиксте не согласна с тем, что возможности влиять на развитие сценического танца в Латвии столь ограничены.

— Конечно, у каждого работающего хореографа, у каждого руководителя танцевального коллектива есть амбиции, и многие хотят пробиться наверх, на этот мостик главных постановщиков. И в этом нет ничего плохого, это достойно похвалы. Но я не хотела бы соглашаться с тем, что молодым туда пробиться невозможно.

Янис Пурвиньш отказался от беседы с Kultūršoks до завершения конкурса. Хореограф также не согласился на разговор об эволюции праздника.

Художественные концепции гала-концертов танца и духового оркестра — на паузе

Сверхтемой XXVIII Всеобщего латышского праздника песни и танца 2028 года избрана совесть, ключевые слова — наследие, ценности, мудрость, искренность и уважение.

На совесть ссылаются и участники конкурса эскизов концерта духового оркестра. Жалобу в Бюро надзора за закупками подала также команда SIA AI Music Solutions, в состав которой входят режиссер Юрис Йонелис, сценограф Аустра Сникере, музыкант Мартиньш Милевскис и другие профессионалы. Команда отказалась от беседы с Kultūršoks, вместо этого руководитель проекта Карлис Берзиньш представил письменные ответы, из которых причина обжалования не вполне ясна.

— Наша цель — не обвинять кого-либо и не создавать конфликт. Нам важно, чтобы в столь значимом процессе, как подготовка Праздника песни и танца, все решения были прозрачными, понятными и заслуживающими доверия.

Бюро надзора за закупками возбудило два дела для рассмотрения жалоб как на результаты конкурса эскизов театрализованного гала-концерта танца, так и концерта духовых оркестров.

— Мы запросили у заказчика пояснения. Пока мы проходим весь этот процесс, рассматриваем, запрашиваем пояснения, оценку, пока стороны высказывают свои позиции, пока проходит заседание — все это происходит в течение месяца со дня подачи заявления, то есть жалобы, — обозначила дальнейший ход событий заместитель руководителя Бюро надзора за закупками Эвия Мугина.

Обжалование результатов конкурсов эскизов, по мнению руководителя отдела сохранения и развития традиции Праздника песни и танца LNKC Сармите Павулены, по крайней мере пока не затормозит подготовку к празднику.

— Сейчас я не вижу серьезной угрозы для процесса. Думаю, мы идем по пути к празднику, идем к переговорным процедурам с теми, с кем можем. А дальнейшие шаги предпримем тогда, когда они будут.

Все осложнится, если Бюро надзора за закупками выявит нарушения.

Эвия Мугина обозначила различные сценарии: при повторном рассмотрении поданных идей их авторы будут известны всем.

— Это мог бы быть некий крайний вариант, при котором результаты конкурса вообще аннулируются. Но тогда, конечно, нужно понять, каково вообще решение, потому что и в повторном конкурсе эскизов это уже не вполне возможно — тогда возникает вопрос: могут ли те же участники снова участвовать? Возможно, какую-то оценку того или иного члена жюри нужно будет исключить.

Идея решения есть у участницы коллектива среднего поколения Latve с сорокадвухлетним стажем танцовщицы Байбы Зауере.

— Если мы говорим, что это народное движение, то, возможно, — ведь в конкурсе эскизов можно использовать самые разные критерии оценки — одним из них могло бы быть то, что предложения публикуются и хотя бы пять баллов присуждается тому, за кого проголосует больше народу.

Ее муж Рейнис не вполне верит в народное голосование.

— Ну, ты сама знаешь, как у нас идет на репетициях, если начать спрашивать танцоров, что им нравится, не нравится или чего они хотят, то мы... Есть риск деградации идеи.

Хотя выбор художественной концепции того или иного автора напрямую затрагивает участников праздника, данные опросов после предыдущих торжеств свидетельствуют: танцоры и певцы ждут от организаторов прежде всего другого. Им важнее всего более комфортный быт, избежание физических перегрузок и то, чтобы высокие цены на билеты не стали препятствием для доступности праздника.