Какое место занимает культура в пирамиде потребностей Латвии? Голос отрасли в планах государственной политики

Lasīt latviski

Эти вопросы, поводом для которых стала маргинализация культуры в предвыборных дискуссиях, в программе на Latvijas Radio 3 Klasika обсудили искусствовед Имант Ланцманис, руководитель Латвийской Национальной оперы и балета Сандис Волдиньш, экономист Инна Штейнбука и глава Отдела государственного развития Государственной канцелярии Владислав Весперис.

Столь непривычный состав участников объясняется, в частности, тем, что сейчас разрабатываются два масштабных документа политического планирования. Первый — рамочная стратегия долгосрочного развития «Латвия 2050», второй — Национальный план развития Латвии на 2028–2034 годы.

Владислав Весперис, глава Отдела государственного развития Государственной канцелярии, под руководством которого разрабатываются эти документы, пояснил, что рамочная стратегия «Латвия 2050» намечает долгосрочные приоритеты развития страны и ее пространственную перспективу.

Документ формирует видение того, какой Латвия будет в 2050 году,

и включает направления развития и принципы, которыми следует руководствоваться в управлении государством.

— А Национальный план развития представляет собой семилетний документ, в котором определены среднесрочные приоритеты государства, цели, направления действий (...) и ожидаемые результаты, — рассказал Весперис, подчеркнув, что этот план создается для того, чтобы на данный срок подчинить ему направления инвестиций — как средства фондов Европейского союза, так и государственного бюджета.

Культура — не только наследие, которое нужно беречь, но и живой процесс

Глава Латвийской Национальной оперы и балета Сандис Волдиньш отметил, что в первоначальный вариант рамочной стратегии «Латвия 2050» культура как отдельное направление включена не была. Поэтому общество «Время культуре», основанное руководителями латвийских культурных институций, направило разработчикам документа письмо с возражениями. Волдиньш подчеркнул, что долгосрочная стратегия государства работает как карта ресурсов и само по себе упоминание культуры в ней еще не гарантирует отрасли конкретной финансовой поддержки.

— Зато гарантировано другое: если культура [в план долгосрочной стратегии] не включена, у нас совершенно точно ничего не будет,

— сказал Волдиньш, обратив внимание на риски маргинализации культуры.

Применительно к этой сфере в плановых документах обнаруживается и еще одна проблема: культуру воспринимают лишь как совокупность традиций и наследие, которое необходимо сохранять.

— Нам казалось важным говорить о том, что необходимо обеспечить и живой культурный процесс в повседневной жизни, ведь иначе новое наследие не появится.

Мы не можем все время жить одними традициями,

— подчеркнул Волдиньш, обозначив главные положения письма с возражениями, которое общество «Время культуре» направило в Государственную канцелярию.

Он также отметил, что процесс развивается в положительном направлении, а канцелярия откликнулась на просьбу привлечь представителей культурной отрасли к дальнейшей работе над документом.

В основе стратегии развития — три ценности: безопасность, благосостояние и культура

Исследователь Инна Штейнбука возглавляет научный институт продуктивности — аналитический центр Латвийского университета LV PEAK, который по заказу Государственной канцелярии разработал аналитическую основу «Латвии 2050». По ее словам, в фундаменте долгосрочной стратегии развития страны лежат три ценности, вытекающие из Сатверсме — Конституции Латвийской Республики. Первая — само существование государства, тесно связанное с его безопасностью. Вторая — благосостояние, обеспечить которое можно, повышая продуктивность, конкурентоспособность и добиваясь экономического роста.

— Третья ценность — это язык, культура, традиции, [которые формируют] идентичность [страны]. Если ее нет, то существование государства, по сути, лишено смысла.

Примерно так и выглядит этот замкнутый круг: если экономика будет расти, увеличится и бюджет, и мы сможем финансировать [разные отрасли], в том числе культуру, — признала Штейнбука, подчеркнув, что в стратегии выделены не отдельные отрасли, а различные направления и каждое из них должно быть связано с одной из трех базовых ценностей.

— [Документ долгосрочной стратегии], разумеется, содержит целый ворох показателей эффективности, формул и сценариев. [Но если объяснять коротко] — когда в стране решают, что финансировать, а что нет, исходить нужно из трех ее ценностей: благосостояния, безопасности или культуры, — добавила Штейнбука.

Культура — берущая и потребляющая или созидающая и приносящая плоды?

Размышляя о том, как в Латвии сейчас расставлены приоритеты и в какую очередь финансируется культурная отрасль, искусствовед Имант Ланцманис подчеркнул, что культура в долгосрочной перспективе — самый долговечный вклад цивилизации, но вместе с тем и экономически важная сфера:

— Существуют две версии. Первая — культура берущая и потребляющая, вторая — культура созидающая и приносящая плоды.

В 2008 году я участвовал в большом культурном форуме в Авиньоне и всегда вспоминаю слова премьер-министра Франции Франсуа Фийона. Он сказал так: мысль о том, что культура только потребляет, — склеротическая.

Ланцманис отметил: сохранение культурного наследия необходимо не только для поддержания идентичности государства, это еще и значимая с экономической точки зрения инвестиция в будущее.

Культура объединяет в себе очень разные направления: творческий процесс, культурные объекты, повседневную, обслуживающую культуру.

— И есть это несчастное культурное наследие, на которое денежек мало, которое гибнет, но ради которого люди приезжали в Ригу на круизных лайнерах, (...) чтобы гулять по Старой Риге, чтобы слушать орган в Домском соборе, — так Ланцманис описал экономическую отдачу, которую приносят объекты культуры.

Можем ли мы рассчитывать только на поддержку фондов Европейского союза?

Хотя сейчас культура включена в «Латвию 2050» как отдельное направление развития, не стоит полагать, что это решит проблемы чрезвычайно разных культурных подотраслей, подчеркнул Волдиньш:

— Не надо думать, что в какой-то момент все будет налажено и идеально, — так не будет никогда. (...) Если судить по предыдущим периодам, все крупные строительные проекты, которые сейчас идут [в сфере культуры], реализуются на средства фондов Европейского союза.

Деньги государственного бюджета покрывали в культуре лишь некую базу, выживание. Любые крупные средства на стратегическое развитие поступали только из фондов.

Это одна из причин, почему [общество «Время культуре»] весной пыталось бить тревогу: если фондов не будет, то денег на развитие однажды не окажется вообще.

К тому, что выделяемые Латвии средства европейских фондов могут сократиться, нужно было готовиться уже давно, считает Штейнбука:

— Когда я возглавляла представительство Европейского союза, мне кажется, я постоянно говорила о том, что, размышляя о будущем, мы должны понимать, как жить на собственные средства. Правда, сейчас это, пожалуй, невозможно, особенно с учетом требований безопасности. (...)

В нашей стране столько нерешенных проблем, а мы все время надеемся на европейские деньги.

Сказанное Штейнбукой дополнил Весперис, подчеркнув, что политика сплочения занимает в Европейском союзе все менее приоритетное место:

— У развитых стран Европейского союза тоже есть свои трудности — миграция, война в Украине, (...) глобальные вызовы из-за американских пошлин. Существует целый ряд факторов, которые этим государствам тоже приходится учитывать. И [политики] должны быть в состоянии объяснить своим избирателям, почему [их страна] выступает таким крупным донором общего многолетнего бюджета Европы и платит остальным. Объяснять это становится все труднее.

К тому же различия между странами сглаживаются, и это один из доводов, заставляющих думать, что таких денег станет значительно меньше либо после 2034 года их может не быть вовсе.

Как сократить разрыв между стратегическими посылами и реальностью?

Как отметила Штейнбука, одна из причин, по которым заложенные в планах развития цели остаются недостигнутыми, — инерционное мышление и очень короткий политический цикл:

— Эта стратегическая рамка необходима, (...) но, чтобы документ не остался лишь в каких-то файлах в компьютере, (...) его нужно увязать с бюджетом. Бюджет должен разрабатываться в соответствии с Национальным планом развития.

Сандис Волдиньш заметил в разговоре, что с тех пор, как бюджет планируют на три года, ситуация улучшилась. Однако красивые слова из плановых документов расходятся с реальностью в том числе потому, что каждый бюджет составляется без учета ранее намеченных приоритетов:

— Когда я еще работал в государственном управлении, бюджет на политических переговорах каждый год создавали словно заново.

В этом, на мой взгляд, и заключалась настоящая проблема — в том, какая политическая конъюнктура сложилась на тот момент и у кого за столом было больше влияния. К сожалению, по-моему, ежегодные государственные бюджеты в Латвии долгое время именно так и формировались.

Новоизбранному Сейму участники дискуссии пожелали смотреть на культуру как на инвестицию, а не как на расходы, и помнить, что она создает визитную карточку страны в мире, а также укрепляет ее национальную идентичность.

— Я понимаю, что депутатам сейчас придется очень трудно, когда потребностей так много по всем направлениям, и все же нужно помнить: отношение государства к культуре показывает его отношение к будущему нации. (...)

Чтобы латышское самосознание могло сохранять цельность, есть, по сути, только один цементирующий материал — и это культура, — сказал Ланцманис.