Версии
Выстрелы в центре польского Кракова на время затмили внутриполитические проблемы страны, где в конце октября в ожесточенной борьбе за Конституционный суд (трибунал) звучало даже словосочетание "государственный переворот". В субботу, 7 ноября, 24-летний поляк Михал Оксинский застрелил в Кракове шесть человек и ранил 16. Возможно, преступник был "одиноким волком", возможно, психически больным человеком, но можно ли назвать случившееся терактом?
Тут нужно обратиться к надежным источникам. Gazeta Wyborcza цитирует полковника в отставке и бывшего командира элитного спецподразделения Кшиштофа Пшепёрку, который объясняет, что эксперты делят террористические акты на четыре группы: кибератаки, закладка бомб, отравление или заражение, а также нападения с применением оружия. Краковский инцидент — типичный пример последнего типа.
Как и поляки неделю назад, норвежцы до лета 2011 года считали, что все худшее происходит где-то в других местах. Но 22 июля Андерс Беринг Брейвик взорвал бомбу в правительственном квартале Осло, убив восемь человек. Затем он отправился на остров Утёйa, где расстрелял 69 членов молодежного лагеря Партии труда. Трудно было себе представить и массовый террористический акт в Латвии, пока 17 августа 2000 года два взрыва не потрясли рижский универмаг Centrs, ранив 28 человек и убив одну сотрудницу.
Пожалуйста, подождите!
Мы подбираем для вас наиболее подходящее предложение подписки...
Предложение о подписке не отображается? Пожалуйста, отключите блокировщик рекламы или перезагрузите страницу. В случае вопросов пишите на [email protected]
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Читайте Delfi в Facebook , Instagram и Telegram !
